На рубеже двух веков Антон Павлович является признанным прозаиком уже не только в России, но и за рубежом. Но здоровье его становится всё хуже и хуже. Писатель вынужденно переезжает в Ялту, продолжая заниматься драматургией. Здесь же он отсылает на публикацию рассказ «Дама с собачкой». Судьба даёт ему ещё немного времени, и он успевает закончить два своих последних шедевра – «Три сестры» и «Вишнёвый сад».

Главная страница

Безотцовщина


Скачать произведение Чехова - "Безотцовщина"

г о л ь е в 1.  Наконец... Я хочу этого! Нелюбезно! Не ожидал я
от вас!
     С а ш а. Извинись, тебе говорят! Бессовестный!
     А н н а  П е т р о в н а.  Понимаю...  (Смотрит на Платонова.)  Успел
уж...  Извините  меня,  Марья  Ефимовна.  Я забыла поговорить с этим...  с
этим... Я виновата...
     П л а т о н о в (подходит к Грековой), Марья Ефимовна!
     Г р е к о в а (поднимает голову). Что вам угодно?
     П л а т о н о в. Извиняюсь...  Публично  прошу прощения...  Сгораю от
стыда на пятидесяти кострах!..  Давайте же  руку...  Клянусь  честью,  что
искренно... (Берет ее руку.) Помиримся... Не будем хныкать... Мир? (Целует
руку.)
     Г р е к о в а. Мир. (Закрывает платком лицо и убегает.)

                    За ней уходит  Т р и л е ц к и й.


                               ЯВЛЕНИЕ XII

          Те же, кроме  Г р е к о в о й  и  Т р и л е ц к о г о.

     А н н а  П е т р о в н а. Не думала, что вы позволите себе... Вы!
     Г л а г о л ь е в  1.   Осторожность,   Михаил  Васильич,  ради  бога
осторожность!
     П л а т о н о в. Довольно...  (Садится  на  диван.)  Бог  с ней...  Я
сделал глупость,  что заговорил с ней,  а глупость не стоит того,  чтобы о
ней много говорили...
     А н н а  П е т р о в н а.  Для чего Трилецкий пошел за ней?  Не  всем
женщинам приятно, если видят их слезы.
     Г л а г о л ь е в  1.  Уважаю я в женщинах эту чуткость... Особенного
ничего ведь вы... не сказали ей, кажется, но... Один намек, словечко...
     А н н а  П е т р о в н а. Нехорошо, Михаил Васильич, нехорошо.
     П л а т о н о в. Я извинился, Анна Петровна.

         Входят  В о й н и ц е в,   С о ф ь я    Е г о р о в н а
                        и  В е н г е р о в и ч  2.


                               ЯВЛЕНИЕ XIII

           Те же, В о й н и ц е в, С о ф ь я  Е г о р о в н а,
           В е н г е р о в и ч  2  и потом  Т р и л е ц к и й.

     В о й н и ц е в (вбегает). Идет, идет! (Поет.) Идет!

      В е н г е р о в и ч  2  становится у дверей, скрестив на груди
                                  руки.

     А н н а  П е т р о в н а. Наконец-то Софи надоел этот несносный зной!
Милости просим!
     П л а т о н о в (в   стороне).   Соня!   Творец   небесный,  как  она
изменилась!
     С о ф ь я  Е г о р о в н а. Я так заболталась с m-r Венгеровичем, что
совершенно забыла про зной...  (Садится на диван на аршин от Платонова.) Я
в восторге от нашего сада, Сергей.
     Г л а г о л ь е в  1 (садится возле Софьи Егоровны). Сергей Павлович!
     В о й н и ц е в. Что прикажете?
     Г л а г о л ь е в  1.  Софья Егоровна,  милейший мой друг,  дала  мне
слово, что в четверг вы все будете у меня.
     П л а т о н о в (в сторону). На меня посмотрела!
     В о й н и ц е в. Мы  и  сдержим  это  слово.  Прикатим  к  вам  целой
компанией...
     Т р и л е ц к и й (входит).  О  женщины,  женщины!  сказал  Шекспир и
сказал неправду. Нужно было сказать: ах вы, женщины, женщины!
     А н н а  П е т р о в н а. Где Марья Ефимовна?
     Т р и л е ц к и й. Я ее в сад проводил. Пусть себе пошляется с горя!
     Г л а г о л ь е в  1.  Вы у меня еще ни разу не были, Софья Егоровна!
У меня вам,  надеюсь,  понравится...  Сад получше вашего,  река  глубокая,
лошадки есть хорошие...

                                  Пауза.

     А н н а  П е т р о в н а. Молчание... Дурак родился.

                                  Смех.

     С о ф ь я  Е г о р о в н а (тихо Глагольеву, кивая на Платонова). Кто
это такой? Вот этот, что рядом со мной сидит!
     Г л а г о л ь е в  1 (смеется). Это наш учитель... Фамилии не знаю...
     Б у г р о в (Трилецкому).  Скажите мне на милость, Николай Иваныч, вы
всякие болезни лечить можете или не всякие?
     Т р и л е ц к и й. Всякие.
     Б у г р о в. И сибирку?
     Т р и л е ц к и й. И сибирку.
     Б у г р о в. А ежели собака бешеная укусит, и это можете?
     Т р и л е ц к и й. А вас бешеная  собака  укусила?  (Отодвигается  от
него.)
     Б у г р о в (конфузится).  Боже меня сохрани!  Что  это  вы,  Николай
Иваныч! Христос с вами!

                                  Смех.

     А н н а  П е т р о в н а.  Как  к вам ехать,  Порфирий Семеныч?  Чрез
Юсновку?
     Г л а г о л ь е в  1.  Нет... Круг дадите, если поедете чрез Юсновку.
Езжайте прямо на Платоновку. Я обитаю почти что в самой Платоновке, в двух
верстах от нее.
     С о ф ь я  Е г о р о в н а.  Я  знаю  эту  Платоновку.  Она  всё  еще
существует?
     Г л а г о л ь е в  1. Как же...
     С о ф ь я  Е г о р о в н а. Я когда-то с ее помещиком была знакома, с
П л а т о н о вым. Сергей, ты не знаешь, где теперь этот Платонов?
     П л а т о н о в (в сторону). Спросила бы она у меня, где он.
     В о й н и ц е в. Кажется,  знаю.  Не  помнишь  ли,  как  его   зовут?
(Смеется.)
     П л а т о н о в. Я  тоже  когда-то  был  с  ним  знаком.  Его  зовут,
кажется, Михаилом Васильичем.

                                  Смех.

     С о ф ь я  Е г о р о в н а.  Да, да... Его зовут Михаилом Васильичем.
Когда я была с ним знакома,  он был еще студентом,  почти мальчиком...  Вы
смеетесь,  господа...  А  я,  право,  ничего  не нахожу остроумного в моих
словах...
     А н н а  П е т р о в н а  (хохочет  и  указывает  на  Платонова).  Да
узнайте же его, наконец, а то он лопнет от нетерпения!

                          Платонов поднимается.

     С о ф ь я  Е г о р о в н а  (поднимается  и  смотрит  на  Платонова).
Да... он. Что же вы молчите, Михаил Васильич?.. Неужели... это вы?
     П л а т о н о в. Не узнаете,  Софья  Егоровна?  И  немудрено!  Прошло
четыре  с половиной года,  почти пять лет,  а никакие крысы не в состоянии
изгрызть так хорошо человеческую физиономию, как мои последние пять лет.
     С о ф ь я  Е г о р о в н а (подает ему руку). Я теперь только начинаю
узнавать вас. Как вы изменились!
     В о й н и ц е в (подводит к Софье Егоровне Сашу).  А это,  рекомендую
тебе,  его жена!..  Александра Ивановна,  сестра остроумнейшего из людей -
Николая Иваныча!
     С о ф ь я  Е г о р о в н а   (подает   Саше   руку).  Очень  приятно.
(Садится.) Вы уж и женаты!.. Давно ли? Впрочем, пять лет...
     А н н а  П е т р о в н а.  Молодец,  Платонов! Он нигде не бывает, но
всех знает. Это, Софи, рекомендую вам, наш друг!
     П л а т о н о в. Этой  роскошной  рекомендации  достаточно  для того,
чтобы иметь право спросить вас,  Софья Егоровна,  как вы вообще поживаете?
Как ваше здоровье?
     С о ф ь я  Е г о р о в н а.  Поживаю вообще очень сносно, но здоровье
плоховато. Вы как поживаете? Что поделываете теперь?
     П л а т о н о в. Со мной судьба моя сыграла то,  чего я  ни  в  каком
случае  не  мог  предполагать  в то время,  когда вы видели во мне второго
Байрона,  а я в себе будущего министра каких-то особенных дел и Христофора
Колумба. Я школьный учитель, Софья Егоровна, только всего.
     С о ф ь я  Е г о р о в н а. Вы?
     П л а т о н о в. Да, я...

                                  Пауза.

Пожалуй, что немножко и странно...
     С о ф ь я  Е г о р о в н а.  Невероятно!  Почему же...  Почему же  не
больше?
     П л а т о н о в. Мало одной фразы,  Софья Егоровна, чтобы ответить на
ваш вопрос...

                                  Пауза.

     С о ф ь я  Е г о р о в н а. Университет вы по крайней мере кончили?
     П л а т о н о в. Нет. Я его бросил.
     С о ф ь я  Е г о р о в н а.  Гм...  Это  все-таки  не мешает ведь вам
быть человеком?
     П л а т о н о в. Виноват... Я не понимаю вашего вопроса...
     С о ф ь я  Е г о р о в н а.  Я неясно выразилась.  Это вам не  мешает
быть  человеком...  тружеником,  хочу  сказать,  на  поприще...  ну  хоть,
например, свободы, эмансипации женщин... Не мешает это вам быть служителем
идеи?
     Т р и л е ц к и й (в сторону). Завралась!
     П л а т о н о в (в сторону).  Вот как!  Гм...  (Ей.) Как вам сказать?
Пожалуй,  что это и не мешает,  но...  чему же мешать-то?  (Смеется.)  Мне
ничто не может мешать...  Я лежачий камень. Лежачие камни сами созданы для
того, чтоб мешать...

                           Входит  Щ е р б у к.


                               ЯВЛЕНИЕ XIV

                          Те же и  Щ е р б у к.

     Щ е р б у к (в дверях). Лошадям овса не давай: плохо везли!
     А н н а  П е т р о в н а. Ура! Мой кавалер пришел!
     В с е. Павел Петрович!
     Щ е р б у к (молча  целует  у  Анны  Петровны  и  Саши  руку,   молча
кланяется мужчинам,  каждому отдельно и отдает общий поклон).  Друзья мои!
Скажите мне,  недостойному субъекту, где та особа, видеть которую душа моя
стремится?  Подозрение  имею и думаю,  что эта особа - оне!  (Указывает на
Софью Егоровну.) Анна Петровна,  позвольте мне просить вас отрекомендовать
меня им, чтобы они знали, что я такой за человек!
     А н н а  П е т р о в н а (берет его  под  руку  и  подводит  к  Софье
Егоровне). Отставной гвардии корнет Павел Петрович Щербук!
     Щ е р б у к. А касательно


1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26  27  28  29  30  31  32  33  34  35  36  37 


Чехов в Википедии

тут вы найдете полное описание