На рубеже двух веков Антон Павлович является признанным прозаиком уже не только в России, но и за рубежом. Но здоровье его становится всё хуже и хуже. Писатель вынужденно переезжает в Ялту, продолжая заниматься драматургией. Здесь же он отсылает на публикацию рассказ «Дама с собачкой». Судьба даёт ему ещё немного времени, и он успевает закончить два своих последних шедевра – «Три сестры» и «Вишнёвый сад».

Главная страница

Небольшие пьесы


Скачать произведение Чехова - "Небольшие пьесы"

голубчик...
Ну, успокойтесь... Господи! (Кричит.) Петрушка! Егорка!
     С в е т л о в и д о в. А ведь какой талант,  какая сила!  Представить
ты  себе  не  можешь,  какая  дикция,  сколько  чувства и грации,  сколько
струн...  (бьет себя по груди) в этой груди!  Задохнуться можно!.. Старик,
ты послушай... постой, дай перевести дух... Вот хоть из "Годунова":

                 Тень Грозного меня усыновила,
                 Димитрием из гроба нарекла,
                 Вокруг меня народы возмутила
                 И в жертву мне Бориса обрекла.
                 Царевич я. Довольно. Стыдно мне
                 Пред гордою полячкой унижаться!

А, плохо?  (Живо.) Постой, вот из "Короля Лира"... Понимаешь, черное небо,
дождь, гром - ррр!.. молния - жжж!.. полосует все небо, а тут:

                 Злись, ветер! Дуй, пока не лопнут щеки!
                 Вы, хляби вод, стремитесь ураганом,
                 Залейте башни, флюгера на башнях!
                 Вы, серные и быстрые огни,
                 Предвестники громовых тяжких стрел,
                 Дубов крушители, летите прямо
                 На голову мою седую! Гром небесный,
                 Всё потрясающий, разбей природу всю,
                 Расплюсни разом толстый шар земли
                 И разбросай по ветру семена,
                 Родящие людей неблагодарных!

(Нетерпеливо.) Скорее слова шута!  (Топочет ногами.) Подавай скорее  слова
шута! Некогда мне!
     Н и к и т а  И в а н ы ч (играя шута).  "Что, куманек? Под кровлей-то
сидеть получше,  я  думаю,  чем  под  дождем  шататься?  Право,  дяденька,
помирился бы ты лучше с дочерьми.  В такую ночь и умнику, и дураку - обоим
плохо!"
     С в е т л о в и д о в.

                 Реви всем животом!
                 Дуй, лей, греми и жги!
                 Чего щадить меня? Огонь и ветер.
                 И гром и дождь - не дочери мои!
                 В жестокости я вас не укоряю:
                 Я царства вам не отдавал при жизни,
                 Детьми моими вас не называл.

Сила! Талант!   Художник!   Еще  что-нибудь...  еще  что-нибудь  этакое...
стариной тряхнуть... Хватим (закатывается счастливым смехом) из "Гамлета"!
Ну,  я начинаю...  Что бы такое? А, вот что... (Играя Гамлета.) "Ах, вот и
флейтщики!  Подай мне твою флейту! (Никите Иванычу.) Мне кажется, будто вы
слишком гоняетесь за мною".
     Н и к и т а  И в а н ы ч. "Поверьте, принц, что всему причиной любовь
моя к вам и усердие к королю".
     С в е т л о в и д о в. "Я что-то не совсем это  понимаю.  Сыграй  мне
что-нибудь!"
     Н и к и т а  И в а н ы ч. "Не могу, принц".
     С в е т л о в и д о в. "Сделай одолжение!"
     Н и к и т а  И в а н ы ч. "Право, не могу, принц!"
     С в е т л о в и д о в. "Ради бога, сыграй!"
     Н и к и т а  И в а н ы ч. "Да я совсем не умею играть на флейте".
     С в е т л о в и д о в. "А это так же легко,  как лгать. Возьми флейту
так, губы приложи сюда, пальцы туда - и заиграет!"
     Н и к и т а  И в а н ы ч. "Я вовсе не учился".
     С в е т л о в и д о в. "Теперь суди сам:  за кого ты меня принимаешь?
Ты хочешь играть на душе моей, а вот не умеешь сыграть даже чего-нибудь на
этой дудке.  Разве я хуже,  простое,  нежели эта флейта?  Считай меня, чем
тебе угодно:  ты можешь мучить  меня,  но  не  играть  мною!"  (Хохочет  и
аплодирует.)  Браво!  Бис!  Браво!  Какая  тут  к черту старость!  Никакой
старости нет,  всё вздор,  чепуха!  Сила из всех жил бьет фонтаном, -  это
молодость,  свежесть,  жизнь!  Где  талант,  Никитушка,  там нет старости!
Ошалел,  Никитушка?  Очумел?  Погоди,  дай и мне прийти  в  чувство...  О,
господи,  боже  мой!  А  вот  послушай,  какая нежность и тонкость,  какая
музыка! Тсс... Тише!

                 Тиха украинская ночь.
                 Прозрачно небо, звезды блещут.
                 Своей дремоты превозмочь
                 Не хочет воздух. Чуть трепещут
                 Сребристых тополей листы...

                      Слышен стук отворяемых дверей.

Что это?
     Н и к и т а  И в а н ы ч.  Это,  должно  быть,  Петрушка   и   Егорка
пришли... Талант, Василь Васильич! Талант!
     С в е т л о в и д о в (кричит,  оборачиваясь в сторону стука).  Сюда,
мои  соколы!  (Никите Иванычу.) Пойдем одеваться...  Никакой нет старости,
всё это вздор,  галиматья... (Весело хохочет.) Что же ты плачешь? Дура моя
хорошая,  что ты нюни распустил? Э, не хорошо! Вот это уж и не хорошо! Ну,
ну,  старик, будет так глядеть! Зачем так глядеть? Ну, ну... (Обнимает его
сквозь слезы.) Не нужно плакать...  Где искусство,  где талант, там нет ни
старости,  ни  одиночества,  ни  болезней,  и  сама  смерть   вполовину...
(Плачет.) Нет,  Никитушка,  спета уж наша песня... Какой я талант? Выжатый
лимон, сосулька, ржавый гвоздь, а ты - старая театральная крыса, суфлер...
Пойдем!

                                  Идут.

Какой я талант? В серьезных пьесах гожусь только в свиту Фортинбраса... да
и для этого уже стар... Да... Помнишь это место из "Отелло", Никитушка?

                 Прости, покой, прости, мое довольство!
                 Простите вы, пернатые войска
                 И гордые сражения, в которых
                 Считается за доблесть честолюбье, -
                 Всё, всё прости! Прости, мой ржущий конь,
                 И звук трубы, и грохот барабана,
                 И флейты свист, и царственное знамя,
                 Все почести, вся слава, всё величье
                 И бурные тревоги славных войн!

     Н и к и т а  И в а н ы ч. Талант! Талант!
     С в е т л о в и д о в. Или вот еще:

                 Вон из Москвы! Сюда я больше не ездок.
                 Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету,
                 Где оскорбленному есть чувству уголок!
                 Карету мне, карету!

                Уходит с  Н и к и т о й  И в а н ы ч е м.

                       Занавес медленно опускается.


 

 
            
МЕДВЕДЬ
                                    
                          ШУТКА В ОДНОМ ДЕЙСТВИИ
                       (Посвящена Н. Н. Соловцову)

                             ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

     Е л е н а  И в а н о в н а   П о п о в а,  вдовушка  с  ямочками   на
щеках, помещица.
     Г р и г о р и й  С т е п а н о в и ч      С м и р н о в,     нестарый
помещик.
     Л у к а, лакей Поповой, старик.

                       Гостиная в усадьбе Поповой.

                                    I

             П о п о в а (в глубоком трауре, не отрывает глаз
                 от фотографической карточки) и  Л у к а.

     Л у к а. Нехорошо,  барыня...  Губите  вы себя только...  Горничная и
кухарка пошли по ягоды,  всякое дыхание радуется,  даже кошка,  и та  свое
удовольствие понимает и по двору гуляет,  пташек ловит,  а вы цельный день
сидите в комнате,  словно в монастыре,  и никакого удовольствия. Да право!
Почитай, уж год прошел, как вы из дому не выходите!..
     П о п о в а. И не выйду никогда...  Зачем?  Жизнь моя уже кончена. Он
лежит в могиле, я погребла себя в четырех стенах... Мы оба умерли.
     Л у к а. Ну,  вот! И не слушал бы, право. Николай Михайлович померли,
так тому и быть,  божья воля, царство им небесное... Погоревали - и будет,
надо и честь знать.  Не весь же век плакать и траур носить.  У меня тоже в
свое время старуха померла...  Что ж? Погоревал, поплакал с месяц, и будет
с нее,  а ежели цельный век Лазаря петь,  то  и  старуха  того  не  стоит.
(Вздыхает.)  Соседей  всех  забыли...  И  сами  не ездите,  и принимать не
велите.  Живем,  извините, как пауки, - света белого не видим. Ливрею мыши
съели...  Добро бы хороших людей не было, а то ведь полон уезд господ... В
Рыблове полк стоит,  так офицеры - чистые конфеты,  не  наглядишься!  А  в
лагерях что ни пятница,  то бал,  и, почитай, каждый день военная оркестра
музыку играет...  Эх, барыня-матушка! Молодая, красивая, кровь с молоком -
только бы и жить в свое удовольствие...  Красота-то ведь не навеки дадена!
Пройдет годов десять,  сами захотите павой пройтись да господам офицерам в
глаза пыль пустить, ан поздно будет.
     П о п о в а (решительно).  Я прошу тебя никогда не  говорить  мне  об
этом! Ты знаешь, с тех пор как умер Николай Михайлович, жизнь потеряла для
меня всякую цену.  Тебе кажется, что я жива, но это только кажется! Я дала
себе  клятву  до самой могилы не снимать этого траура и не видеть света...
Слышишь?  Пусть тень его видит, как я люблю его... Да, я знаю, для тебя не
тайна,  он часто бывал несправедлив ко мне, жесток и... и даже неверен, но
я буду верна до могилы и докажу ему, как я умею любить. Там, по ту сторону
гроба, он увидит меня такою же, какою я была до его смерти...
     Л у к а. Чем эти самые слова,  пошли бы лучше по саду погуляли,  а то
велели бы запрячь Тоби или Великана и к соседям в


1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 


Чехов в Википедии

тут вы найдете полное описание