На рубеже двух веков Антон Павлович является признанным прозаиком уже не только в России, но и за рубежом. Но здоровье его становится всё хуже и хуже. Писатель вынужденно переезжает в Ялту, продолжая заниматься драматургией. Здесь же он отсылает на публикацию рассказ «Дама с собачкой». Судьба даёт ему ещё немного времени, и он успевает закончить два своих последних шедевра – «Три сестры» и «Вишнёвый сад».

Главная страница

Небольшие пьесы


Скачать произведение Чехова - "Небольшие пьесы"

что,  а  так...  вертуха...  Хвостом -  верть!  верть!
Глазами - щурь!  щурь! И всё смеется, и всё смеется! Никакого ума... Барам
это ндравится,  по-ихнему умная, а по-нашему, по-мужицкому - взял бы да со
двора прогнал...  Ну...  полюбилась и - пропадай ты,  доля барская! Стал с
ней хороводиться,  то да се,  чай да сахар,  прочее...  на лодках всю ночь
ездиют, на фортепьянах...
     Б о р ц о в. Не рассказывай,  Кузьма!  К чему?  Какое им дело до моей
жизни?
     К у з ь м а. Извините,  ваше   высокоблагородие,   я   только   самую
малость... Рассказал им и будет с них... Я малость, потому встревожился...
Очень уж я встревожился! Налей-кась! (Пьет.)
     М е р и к (полушепотом). А она его любила?
     К у з ь м а (полушепотом, который постепенно переходит в обыкновенную
речь).  Как не любить?  Барин не пустяковый...  Полюбишь,  коли ежели тыща
десятин да денег куры не клюют...  Сам-то солидный, сановитый, тверезый...
каждого начальства всё одно,  как вот я тебя сичас...  за ручку...  (берет
Мерика  за  руку)  "здрасте  и прощайте,  милости просим"...  Ну,  прохожу
однажды,  это самое,  вечером, через сад господский... сад-то, брат, ввво!
верстами  меряй...  иду потихоньку,  смотрю это,  а они сидят на лавочке и
друг дружку (изображает звук поцелуя) целуют.  Он ее раз,  она,  змея, его
два...  Он ее за белу ручку,  а она вся - вспых!  и жмется, так и жмется к
нему,  чтоб ей...  Люблю,  говорит,  тебя,  Сеня...  А Сеня,  как окаянный
человек,  ходит  с места на место и счастьем похваляется с малодушества...
Тому  рупь,  тому  два...  Мне  на  лошадь  дал.  Всем  долги  простил  на
радостях...
     Б о р ц о в. Ах...  Ну  к чему рассказывать?  У этого народа никакого
сожаления... Больно ведь!
     К у з ь м а. Я малость,  барин! Просют! Отчего чуточку не рассказать?
Ну, ну, я не буду, ежели серчаете... Не буду... Мне плевать на них...

                         Слышны почтовые звонки.

     Ф е д я. Ты не ори, потихоньку...
     К у з ь м а. Я и так потихоньку...  Не велит,  ничего не поделаешь...
Да и рассказывать больше нечего.  Повенчались - вот и всё... Больше ничего
и не было.  Налей-кась Кузьме бессребренику!  (Пьет.) Не люблю пьянства! В
самый раз,  когда господам, после венца, за ужин садиться, она возьми да и
убеги в карете...  (Шепотом.) В город к аблакату дернула, к полюбовнику...
А? Какова? В самый настоящий момент! То-ись... убить мало!
     М е р и к (задумчиво). Да... Ну что же дальше?
     К у з ь м а. Очумел...  Вот,  как видишь,  стал зашибать муху и ноне,
сказывают,  до шмеля дошел...  То были мухи,  а теперь - шмель... И до сей
поры любит.  Погляди:  любит!  Должно,  идет таперь пешком в город на  нее
одним глазочком взглянуть... Взглянет и - назад...

       К кабаку подъезжает почта. П о ч т а л ь о н  входит и пьет.

     Т и х о н. А нынче запоздала пошта!

            П о ч т а л ь о н  молча расплачивается и уходит.
                         Почта со звоном уезжает.

     Г о л о с  и з  у г л а.  В  этакое  ненастье  пошту  ограбить -  раз
плюнуть!
     М е р и к. Жил на свете 35 лет и ни разу пошты не грабил.

                                  Пауза.

Таперь уехала, поздно... Поздно...
     К у з ь м а. Каторги понюхать желательно?
     М е р и к. Люди грабят, не нюхают. Да хоть и каторга! (Резко.) Дальше
что?
     К у з ь м а. Ты про несчастного?
     М е р и к. А то про кого же?
     К у з ь м а. Второе дело,  братцы,  откуда  разоренье  пошло -  зять,
сестрин муж...  Вздумал он за зятя в банковом обчестве поручиться... тысяч
на тридцать... Зять любит взять... известно, знает, шельма, свой интерес и
ухом  своим  свиным  не ведет...  Взял,  а платить не надоть...  Наш так и
заплатил все тридцать.  (Вздыхает.) Глупый  человек  за  глупость  и  муки
терпит. Жена с аблакатом детей прижила, а зять около Полтавы именье купил,
наш же,  как дурак,  по кабакам ходит  да  нашему  брату  мужику  жалится:
"Потерял  я,  братцы,  веру!  Не  в кого мне теперь,  это самое,  верить!"
Малодушество!  У всякого человека свое горе бывает, змеей за сердце сосет,
так и пить,  значит?  Взять,  к примеру, хоть нашего старшину. Жена к себе
учителя среди бела дня водит,  мужнины деньги на хмель изводит, а старшина
ходит себе да усмешки на лице делает... Поосунулся только малость...
     Т и х о н (вздыхает). Кому какую бог силу дал...
     К у з ь м а. Сила разная бывает,  это правильно...  Ну? Сколько тебе?
(Расплачивается.) Забирай кровные!  Прощай,  ребята!  Спокойной вам  ночи,
приятного сна!  Бегу,  пора...  Акушерку к барыне из больницы везу... Чай,
заждалась сердешная, размокла... (Убегает.)
     Т и х о н (после паузы).  Эй,  ты!  Как вас?  Несчастный человек, иди
выпей! (Наливает.)
     Б о р ц о в (подходит нерешительно к прилавку и пьет). Значит, теперь
я тебе за два стакана должен.
     Т и х о н. Какой уж тут долг? Пей - вот и все! Заливай горе бедой!
     Ф е д я. Выпей, барин, и мое! Эх! (Бросает пятак на прилавок.) Пить -
помирать  и  не пить - помирать!  Без водки хорошо,  а с водкой,  ей-богу,
вольготней! При водке и горе не горе... Жарь!
     Б о р ц о в. Фу! Горячо!
     М е р и к. Дай-ка сюда!  (Берет у  Тихона  медальон  и  рассматривает
портрет.) Гм... После венца ушла... Какова?
     Г о л о с  и з  у г л а.  Нацеди-ка ему, Тиша, стаканчик. Пусть и мое
выпьет!
     М е р и к (с силой бьет медальоном о пол). Проклятая! (Быстро идет на
свое место и ложится лицом к стене.)

                                Волнение.

     Б о р ц о в. Это что же?  Что же это такое? (Поднимает медальон.) Как
ты смеешь,  скотина?  Какое ты имеешь право? (Плаксиво.) Ты хочешь, чтоб я
тебя убил? Да? Мужик! Невежа!
     Т и х о н. Будет,  барин,  серчать...  Не стеклянное, не разбилось...
Выпей-ка еще,  да спать... (Наливает.) Заслушался вас тут, а давно уж пора
кабак запирать. (Идет и запирает наружную дверь.)
     Б о р ц о в (пьет).  Как  он  смеет?  Этакий  ведь  дурак!  (Мерику.)
Понимаешь? Ты дурак, осел!
     С а в в а. Ребятушки!   Почтенные!  Положите  храпение  устом!  Какая
польза от шума? Дайте спать людям!
     Т и х о н. Ложитесь,  ложитесь...  Будет  вам!  (Идет  за  прилавок и
запирает ящик с выручкой.) Спать пора!
     Ф е д я. Пора! (Ложится.) Приятного сна, братцы!
     М е р и к (встает и постилает на  скамье  полу  шубок).  Иди,  барин,
ложись!
     Т и х о н. Ты же где ляжешь?
     М е р и к. Где  придется...  Хоть и на полу...  (Постилает сермягу на
полу.) Мне всё равно.  (Кладет рядом с собой топор.)  Ему  на  полу  спать
мука... Привык к шелку да к вате...
     Т и х о н (Борцову).  Ложись,  ваше благородие!  Будет тебе на патрет
глядеть! (Тушит свечу.) Брось ты ее!
     Б о р ц о в (пошатываясь). Где же мне лечь?
     Т и х о н. На бродягино место! Чай, слыхал, уступает тебе!
     Б о р ц о в (подходит к уступленному  месту).  Я  тово...  опьянел...
Это... что же? Тут мне ложиться? А?
     Т и х о н. Тут, тут, не бойся, ложись... (Растягивается на прилавке.)
     Б о р ц о в (ложится).   Я...   пьян...   Все   кругом...  (Открывает
медальон.) Свечечки у тебя нет?

                                  Пауза.

Ты, Маша,  чудачка...  Глядишь на меня из рамочки и смеешься... (Смеется.)
Пьяный!  А разве над пьяным можно смеяться?  Ты  пренебреги,  как  говорит
Счастливцев, и... полюби пьяного.
     Ф е д я. Ветер-то как воет! Жутко!
     Б о р ц о в (смеется). Какая ты... Разве можно так кружиться? Тебя не
поймаешь!
     М е р и к. Бредит.  На  партрет  загляделся.   (Смеется.)   Комиссия!
Образованные  господа  всякие  машины и лекарства повыдумывали,  а нет еще
того умного человека,  чтоб нашел лекарство от женского пола...  Ищут, как
бы  все  болезни  лечить,  а  того и вдомек не берут,  что от бабья народа
пропадает больше,  чем от  болезней...  Лукавы,  сребролюбы,  немилостивы,
никакого  ума...  Свекровь  изводит  невестку,  невестка  норовит  как  бы
облукавить мужа... И конца нет...
     Т и х о н. Натрепали ему бабы вихор, вот он и топорщится.
     М е р и к. Не я один... Спокон века, пока мир стоит, люди плачутся...
Недаром и не зря в сказках да песнях черта с бабой на одну линию ставят...
Недаром! Хоть наполовину да правда...

                                  Пауза.

Барин вон  дурака  ломает,  а  я  нешто  от  большого ума в бродяги пошел,
отца-мать бросил?
     Ф е д я. Бабы?
     М е р и к. Тоже как вот и барин... Ходил, как окаянный, завороженный,
счастьем похвалялся...  день и ночь как в  огне,  а  пришла  пора,  открыл
глаза... Не любовь была, а одно только обманство...
     Ф е д я. Что ж ты ей сделал?
     М е р и к. Не твое дело...

                                  Пауза.

Убил, думаешь?  Руки коротки...  Не то что убьешь,  но еще и  пожалеешь...
Живи  ты  и будь ты...  счастлива!  Не видали б


1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25  26 


Чехов в Википедии

тут вы найдете полное описание